Вторник, 28.05.2024, 15:49
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Библиотека | Регистрация | Вход
Меню сайта
Форма входа

Категории раздела
Каталоги [8]
Статьи [161]
СМИ [11]
История [16]
От Петровских времён до наших дней.
Памятные даты [7]
Памятники [8]
Училищe [123]
Герои Советского Союза [54]
Герои России [2]
Маршалы Инженерных Войск [6]
...
Генералы [1]
Ученые [0]
Политики [0]
Творчество [9]
Поздравления [4]
Объявления [1]
Админблок [2]
Социум [4]
Поиск
Друзья сайта

Ваш реальный бизнес на портале
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Alma Mater Инженерных Войск
Главная » Статьи » Статьи

Окончание

Фатеев К.К.

К 70-летию войсковых учений  с применением атомного оружия на Тоцком полигоне


Из воспоминаний
гвардии полковника Фатеева К.С.

(Окончание)

За 10 дней до начала учений Жуков приказал мне показать ему все сооружения в эпицентре взрыва, так как за 2 дня до учений он будет показывать их Министру обороны Советского Союза маршалу  Булганину Н.А., заместителю председателя Совета Министров  Малышеву В.А., академику Курчатову И.В., министрам обороны стран народной демократии (Польши, ГДР, Венгрии, Румынии, Болгарии, Чехословакии, Китая, Монголии и Северной Кореи), всем командующим групп войск и военных округов, командующим и начальникам видов и родов войск Советской Армии.
После осмотра он приказал подготовить плакаты с общей схемой района 2-ой позиции и схемами каждого сооружения, а также быть с ним во время показа и при необходимости отвечать на вопросы гостей.
12 сентября в 10 часов в район проведения учений прибыли Министр обороны маршал Булганин Н.А., Жуков Г.К. и все ранее перечисленные гости. Я представился Министру обороны, и он попросил меня по схеме доложить, что выполнил полк. После моего доклада Жуков показал присутствующим часть сооружений. В дальнейшем маршалы и генералы разошлись для личного осмотра. У каждого сооружения находился офицер полка, давая подробные пояснения. Министра обороны и Курчатова И.В. с огневыми точками с «кривоствольными» пулеметами Жуков знакомил лично. Я находился при нем и давал подробные пояснения.
За 15 дней до начала учений на полигон прибыла дивизия МВД, которая выставила оцепление в радиусе 5 км от эпицентра, установила шлагбаумы на всех дорогах, ведущих к эпицентру, и пропускала только по специальным пропускам. В ночь перед учением дивизия была снята с оцепления, а вечером, после окончания учений, снова заступила на охрану района.
Из пяти деревень, расположенных в 30-километровой зоне, население было вывезено в палаточные лагеря, вместе со своим имуществом и скотом. Семьи офицеров, сверхсрочников, все вольнонаемные, рабочие и служащие танкового полка и окружного инженерно-саперного батальона Южно-Уральского ВО, дислоцирующихся на полигоне, были эвакуированы в районный центр Сорочинск Оренбургской области.
Командующие группами войск и округов, прибывшие на учения, располагались в своих вагонах на специальной железнодорожной ветке в лесу, недалеко от станции Тоцкой.
За 10 дней до начала учений весь личный состав полка получил новое летнее обмундирование, теплое нательное белье (все это нужно было надеть утром в день учений на трусы и майки). За день до учений каждый получил и вставил в противогазы специальные защитные стекла, через которые яркое солнце просматривалось, как слабый желтый кружок, и противохимические накидки. Каждый военнослужащий дал подписку о неразглашении того, что делал и видел на учениях, в течение 25 лет.
Во время всего подготовительного периода, на тренировках, в ходе учений и после них, главной задачей ставилась безопасность личного состава при воздействии светового излучения, ударной волны, проникающей радиации и от радиоактивного заражения местности. Безопасность людей и соблюдение техники безопасности были на первом месте в политико-воспитательной работе и на занятиях по боевой подготовке. Особое внимание уделялось надежности укрытий для личного состава.
56 оисп 13 сентября, после проведения строевого смотра, на котором тщательным образом были проверены экипировка личного состава и готовность инженерной техники, убыл к местам выполнения задач, а личный состав и техника, предназначенная для прокладки дороги для руководства, на исходный рубеж. 
13 сентября я был вызван в штаб руководства учений НИВ МО генерал-полковником инженерных войск Прошляковым А.И., который приказал мне к 7 часам 14 сентября прибыть на командный пункт управления и находиться при нем. Прошляков с 1 по 20 сентября находился на полигоне непрерывно.
Саперный батальон к 6 часам 14 сентября прибыл в распоряжение главного посредника для имитации артподготовки электровзрывным способом. Остальной личный состав убыл в расположение лагеря, где занял перекрытые щели, а за 15 минут до взрыва надел противогазы и противохимические накидки. После взрыва личный состав находился в укрытиях еще 40 минут.
В 7 часов 14 сентября (по местному времени) весь личный состав стрелкового корпуса, участвующий в наступлении, укрылся в блиндажах и убежищах, техника была укрыта в окопах. Все было укрыто под землей. Каждый блиндаж и убежище были проверены на качество специальной комиссией штаба руководства учений. К 8 часам (по местному времени) на НП руководства прибыли Министр обороны, его заместители, Малышев В.А., Курчатов И.В. и все приглашенные на учения.

Заместитель начальника Управления планирования оперативной подготовки и боевого применения новых видов оружия ГОУ ГШ генерал-майор Баскаков В.Н., с мегафоном и указкой, на большой схеме, расположенной справа от площадки для наблюдения, доложил фабулу учений. После этого он доложил, что самолет-носитель атомной бомбы ТУ-4, вылетел из района Сталинграда, вышел на боевой курс с севера от района учений и находится на удалении 200 км. На другой крупной схеме был обозначен курс самолета, и фигурка самолета передвигалась по этой схеме.
За пять минут до взрыва генерал попросил присутствующих на НП надеть противогазы со специальными защитными пленками. После этого он начал вести поминутный отсчет, и в 8 часов 45 минут по местному времени штурман самолета с высоты 10 000 м, и на таком же удалении от цели, сбросил атомную бомбу мощностью 42 килотонны, которая взорвалась в расчетной точке на высоте от земли 240-250 м (прим. автора: данные о высоте сброса бомбы, высоте расчетной точки взрыва, времени сброса бомбы разнятся с данными других общедоступных источников).
Погода в этот день была солнечная, с чистым, без облаков небом. Через пленки противогаза после взрыва стало хорошо видно, как днем, на большое расстояние от яркой вспышки. Лица наблюдавших обожгло через резину противогазов, после этого последовало два мощных взрыва (первый от взрыва бомбы и второй – отражение взрыва от земли).
К яркому шару в воздухе сразу стал подниматься багрово-черный ствол пыли, огня и земли и начал образовываться атомный гриб, который превращался в большое темное облако, которое от появившегося ветра   стало удаляться на северо-восток.
После взрыва и светового излучения хорошо было видно, как по земле шла ударная волна. Большие деревья гнулись в сторону НП и загорались. С приходом ударной на НП все услышали сильный гром и гул земли, качнуло, как при землетрясении. У многих были сорваны и улетели с головы фуражки.
Командующие родов войск и часть командующих округами за 5 минут до взрыва заняли места в траншее рядом и левее смотровой площадки. Я и командир 5 исбр были тоже в траншее рядом с НИВ МО Прошляковым А.И. После прохождения ударной волны последовала команда снять противогазы. Прошляков объявил нам решение Министра обороны о том, что в случае разрушения деревень, из которых эвакуировали колхозников, они будут отстраиваться силами инженерных частей, привлеченных на учения. Мой полк получил задачу строить агрогородки для двух деревень под Бузулуком.
После прохождения ударной волны авиадивизия Одесского ВО, привлеченная к учениям и передислоцированная из г. Тирасполя под г. Оренбург, начала имитацию бомбовых и ракетных ударов по 1-ой позиции обороны противника, а артиллерия корпуса начала артподготовку. Имитацию взрывов авиабомб и артиллерийских снарядов проводили электрическим способом саперы 5 исбр.
После небольшой артподготовки, полки первого эшелона дивизий, с танками непосредственной поддержки пехоты, устремились в атаку. Министр обороны и приглашенные на учения через бинокли наблюдали за действиями войск.
С разрешения Прошлякова я убыл проверять два населенных пункта, подлежащих восстановлению силами полка. Строения деревень были в большинстве разрушены, а остальные сгорели.
Через час химическая разведка корпуса на бронетранспортерах по дороге руководства выдвинулась для проверки уровня радиации в районе эпицентра взрыва. Через полтора часа, проверив ход работ по восстановлению дороги подразделениями моего полка, я прибыл в эпицентр взрыва. Личный состав при восстановлении дорожного полотна, разборке лесных завалов, тушении пожаров работал в противогазах.
Химическая разведка продолжала работу в радиусе 2 км от эпицентра, устанавливая таблички с указанием уровня радиации на данное время.
После взрыва местность в районе эпицентра совершенно изменилась. Лес в радиусе 1,5 км был полностью уничтожен, а дальше повален в разные стороны. Только в самом эпицентре, где росла берёзовая роща, торчали оголенные стволы берез, и радиация через 1,5 часа после взрыва была 800 Р/ч, а на остальной территории была 30-50 Р/ч. На следующий день радиация была небольшая. Почва была покрыта на 40-50 см сплошной пылью и оплавленными кусочками грунта. В некоторых местах в земле были глубокие трещины глубиной до 30 см.
Я в противогазе, противохимической накидке и противохимических бахилах обошел и осмотрел снаружи оборонительные сооружения. Наступающие войска действовали севернее и южнее эпицентра взрыва, чтобы не нарушить земляной покров, выставленную технику и сооружения, так как воздействие атомного взрыва в радиусе 1,5 км должны были изучать ученые. По дороге руководства я переместился на 2-ую полосу обороны, где была взорвана имитационная атомная бомба при подходе к ней разведки и передовых частей.
Погода к 15 часам испортилась, все небо заволокло низкими тучами, и до конца учений шел дождь. Изменение погоды, по словам ученых, было вызвано взрывом бомбы. Из-за низкой облачности при прорыве 2-ой полосы обороны авиация не действовала.
За 2-ой полосой обороны были развернуты пункты санитарной обработки личного состава и дезактивации техники, через которые проходили все участвующие в учении. Меня и водителя проверили приборами (было по 50 Р/ч), забрали противохимические накидки и бахилы, пропустили через душ, очистили пылесосом верхнее обмундирование и противогазы. Машина прошла дезактивацию.
14 сентября, после окончания учений, я прибыл в штаб руководства, где доложил НИВ МО о состоянии деревень и выполнении задач полком. Он дал указание дооборудовать дорогу руководства до места имитационного взрыва и оборудовать дороги в радиусе 5 км от эпицентра, до всех сооружений и отдельно стоящей техники, очистить входы в сооружения, оставшиеся целыми.
15 сентября, во время выполнения работ, офицеры полка осмотрели состояние построенных сооружений. Траншеи, где были размещены чучела солдат:
- без одежды крутостей были полностью разрушены;
- с одеждой крутостей без перекрытий были сдавлены (сжаты).
Выступающие в стрелковых ячейках головные уборы чучел сгорели. Лошади, быки, овцы, привязанные к врытым в землю столбикам, в радиусе 1,5 км, сгорели. В 5 км от эпицентра я видел лошадь, у которой сторона туловища, обращенная к эпицентру, обгорела и кровоточила, но она (лошадь) была жива.  Самолет, на том же расстоянии, на ровной площадке, лежал без шасси, крыльев, хвостового руля и стабилизатора. Другая установленная техника подверглась различным разрушениям.
С утра 16 сентября Министр обороны с приглашенными проводил осмотр последствий взрыва, а в 14 часов был намечен разбор учений. После осмотра Министром обороны полк в течение 10 дней должен был помогать ученым в сборе и фиксации последствий взрыва.
Во время осмотра сооружений и некоторой техники в эпицентре взрыва Министр обороны подошел к трем танкам Т-54, которые стояли в 900 м от эпицентра на возвышении и в 50 м друг от друга:
- 1 танк – был оставлен в таком же виде, как и пришел в район своим ходом;
- 2 танк – был полностью обезжирен;
- 3 танк – поставлен в танковый окоп и сверху был перекрыт экраном в один ряд жердей и земли.
Во всех танках находились живые бараны в специальных противогазах.
После ядерного взрыва:
- 1 танк – броня оплавилась, ствол пушки изогнулся, танк обгорел;
- 2 танк – отбросило с места стоянки, перевернуло кверху днищем, ствол пушки вошел в землю, бандажи катков и краска сгорели;
- 3 танк – без повреждений, вынули барана, и он побежал, механик-водитель завел танк и вывел его из окопа для осмотра.
Министр обороны указал всем присутствующим, что сохранить боеспособность войск при взрыве атомной бомбы можно только при тщательном инженерном оборудовании позиций и районов сосредоточения войск. Вся техника должна быть укрыта в перекрытых окопах, а для личного состава необходимо строить убежища, блиндажи, перекрытые щели.
Учитывая важность и значительное увеличение объемов задач для инженерных войск, выявившихся в ходе учений, Министр обороны указал НИВ МО на необходимость скорейшего продвижения заказов в промышленности на серийный выпуск дорожных и землеройных машин на базе АТТ (артиллерийский тяжелый тягач). Непосредственное внимание Министра обороны позволило уже весной 1956 года начать поставку в инженерные части новых высокопроизводительных инженерных машин.
В 14 часов 16 сентября Министр обороны начал разбор учений. За столом президиума находились Булганин Н.А., Жуков Г.К., Малышев В.А. и Курчатов И.В. Министр обороны представил Малышева, Курчатова, всех министров обороны народной демократии, начиная с Маршала Польши Рокоссовского К.К., который был одет в польскую форму.

После этого Маршал Булганин Н.А. в течение часа сделал доклад о международном положении, в ходе которого обосновал со стороны СССР необходимость проведения таких учений с войсками. Во время перерыва Булганин попросил командующего дальней авиацией Главного маршала авиации Новикова А.А. представить ему командира самолета ТУ-4, осуществившего сброс атомной бомбы.
Из присутствующих вышел высокий, стройный подполковник  Кутырчев В.Я. и представился Министру обороны. Булганин взял его ладонь двумя своими, и, не отпуская руки, поблагодарил его за отличное выполнение задачи. Бомба взорвалась в расчетной точке, а в случае неточного бомбометания, как сказал Министр, «то СССР и страны народной демократии лишились бы военного руководства, а наша страна и заместителя председателя Совета министров и великого ученого Курчатова». Булганин дал высокую оценку экипажу самолета и пригласил весь экипаж на банкет.
Маршал Жуков сказал, что все же от ударной волны улетели все маршальские фуражки и ему подменили фуражку, принесли старую чужую, но он не винит в этом экипаж, а благодарен летчикам за то, что это были самые тяжелые последствия.
После перерыва Министр обороны на большой схеме сделал разбор учений, не пользуясь справкой, называя на память фамилии командиров полков и дивизий. В конце разбора сказал, что учения завершились успешно, задачи, поставленные перед войсками, выполнены полностью и поблагодарил всех участников учений. Он дал указания использовать опыт учений на занятиях по боевой подготовке и на всех учениях, проводимых в войсках.
17 сентября в центральных газетах, было опубликовано сообщение ТАСС, в котором говорилось: «В соответствии с планом научно- исследовательских работ в последние дни в Советском Союзе было проведено испытание одного из видов атомного оружия. Целью испытания было изучение действия атомного взрыва. При испытании были получены ценные результаты, которые помогут советским ученым и инженерам решать задачи по защите от атомного нападения».
Об учении и участии в нем войск в сообщении сказано не было. И все мы поняли, что не зря с нас была взята расписка о неразглашении государственной тайны.
18 сентября Командующие родами войск и Начальники родов войск провели разбор учений со старшими офицерами частей и подразделений. На разборе учений НИВ МО Прошляков А.И. дал высокую оценку действиям инженерных частей и соединений и от имени Министра обороны, вручил командирские наручные часы командирам частей, а командиру бригады и мне, охотничьи ружья.
56 оисп через 10 дней после окончания работы с учеными в районе эпицентра передислоцировался в район южнее г. Бузулука, где получил техническую документацию и приступил к строительству агрогородка на 123 жилых дома с приусадебными участками, надворных построек, зданий правления колхоза, школы, клуба и детского сада. Каждый колхозник вместо ветхого дома с соломенной крышей получал добротный трехкомнатный дом с кухней. Кроме дома, на каждой усадьбе строили утепленный сарай для скота с сеновалом, сарай для хозяйственных нужд, туалет с бетонной выгребной ямой. По улицам прокладывали дороги, покрытые щебенкой, и бетонные тротуары. После выполнения работ, уже в мае 1955 года, полк убыл к месту постоянной дислокации.
Эти учения, которые прошли в течение одного дня, потребовали напряженной работы полка в течение 10 месяцев по подготовке учений, их проведению и ликвидации последствий взрыва атомной бомбы. Личный состав 56 оисп и химическая разведка стрелкового корпуса больше всех были подвергнуты радиации, так как 14 и 15 сентября работали в эпицентре взрыва, а все остальные части корпуса обходили этот район.
 
* * *
Все вышеизложенное представлено без редактирования с моей стороны (за исключением фотоматериалов из открытых источников). Две ученические тетради, заполненные убористым почерком моего отца, позволили мне прикоснуться к великим событиям в истории нашей страны. Я позволил себе сделать определенные выводы из вышеизложенного.
1. Проведенные учения были необходимы, как с политической, так и с точки зрения определения дальнейшего развития не только наших Вооруженных Сил, но и военной стратегии государства в целом. Учения были спланированы и проведены на самом высочайшем уровне, с привлечением не только выдающихся военачальников, но и ведущих советских ученных. Самое серьёзное внимание на всех этапах учений придавалось обеспечению безопасности привлекаемых войск. Учения завершились успешно, с минимальным ущербом для войск и местного населения.
2. Проведенные учения явились толчком к развитию Вооруженных Сил. Позволили на многие годы определить стратегию нашего государства в области международной политики сдерживания в годы «холодной войны», создать надежный щит, сохраняющий паритет сил на международной арене.
3. Развитие Инженерных войск Вооруженных Сил нашей страны, начавшееся по итогам и сразу по окончании учений, позволили им стать самыми боеспособными инженерными войсками в мире. Именно оснащение высокопроизводительной инженерной техникой и опыт создания фортификационных сооружений позволили обеспечить подготовку надежных оборонительных рубежей при проведении СВО. Наработки, начатые после учений, проведенных в далеком 1954 году, показали всему миру, что, несмотря на все трудности перестроечного периода, принципы и основы инженерного обеспечения Вооруженных Сил РФ самые передовые.

Обработка Брюховецкий Р.И.

Категория: Статьи | Добавил: 2051 (06.04.2024) E
Просмотров: 61
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Бесплатный конструктор сайтов - uCozCopyright MyCorp © 2024